Как я охотилась на миллионеров. 13-я часть

В прошлых номерах  мы начали публиковать приключения Ярославы в гламурной тусовке. Анжела - опытная «охотница», с которой журналистка познакомилась на Лазурном Берегу, пригласила ее работать в эскорте. И целую осень журналистка стажировалась в новом амплуа - за гонорар в 150 долларов украшать своим присутствием компании состоятельных мужчин. Без интима, только флирт. И все же она чувствовала, как что-то ломается в ее сознании под напором новой морали (или ее отсутствия) нового общества. И, узнавая все больше подробностей о судьбах своих «коллег» по эскорту, Ярослава понимала, что далеко не все сразу были настроены продаваться, но окружающая реальность сломила их, перекроив несформировавшиеся личности под глянцевый формат...

 

 

 

 

- Да, надо бы, надо... - смущенно вторит Миша.

 

- Да ты просто слишком долго думаешь! - веселился Дан. - Вон рядом с тобой сидит кандидатка. Здоровая, красивая, ребенок есть... Чего тебе еще надо? Вот пусть и рожает. Хоть мать твоя порадуется.

 

Я вздрагиваю. Он говорит обо мне. Постановка вопроса, как у мужа, которого привередливая жена замучила ходьбой по магазину: «Ну что тебе еще надо? Смотри, какой диван - и мягкий, и красивый, и компактный, так возьми его...» В случае с диваном понятно, почему его не спрашивают. Но я-то не диван!

 

- Что ты! Ярослава у нас романтик... - спас меня Миша.

 

Возможно, в его устах определение «романтик» было равно «шизофренику», но в данном случае мне показалось это наивысшим комплиментом.

 

Дети богатых мужчин, пожалуй, одна из самых трагичных тем моего расследования. Ведь они-то в зазеркалье гламура попадают не по собственной воле. «Ребенок, сделанный от правильного отца, - это супервложение, лучшая страховка безбедной старости!» - всегда говорила Анжелка. Это один из девизов «охотниц». Услуга деторождения в последнее время сильно обесценилась. И, как говорят девочки, если раньше признание «ой, залетела» внушало священный трепет и мысль о браке даже самым богатеньким буратинам, то теперь они привыкли. И максимум,  что ждет беременную «охотницу», - это статус постоянной любовницы и обеспечение ребенка до 18 лет по контракту, который подписывается только после подтверждения отцовства. Но на пути к этому контракту возникают самые неожиданные преграды.

 

Как-то мы завалились в гости к беременной Вике. Анжелка рассказывала: когда эта девочка только приехала в Москву, то месяца два жила у Анжелы в квартире и за это время стала кем-то вроде младшей сестры. Младшая-то младшая, но карьеру «охотницы» успела сделать раньше, забеременев от «спонсора» уже через два года работы в эскорте. Апартаменты в новой элитной высотке у станции метро «Аэропорт». Вежливая охрана в костюмах, скоростной лифт, ковры в подъезде...

- Другие, чтобы залететь от кого надо, как только не изощряются! - рассказывала по дороге Анжелка. - Я со своим магнатом, было дело, даже в шприц сперму выплевывала и пыталась вводить куда надо - хоть бы хны! А сколько абортов сделала, потому как по глупости не заметила, от кого именно! Каждый раз со слезами шла...

 

 

- Да при чем тут это! Каждый раз думала: ну вот она, возможность обеспечить свою жизнь и не прыгать больше по эскортам, съемным квартирам... Но если точно знать, от кого! С этим делом ведь, как сапер, ошибаешься только раз. Вон одна моя знакомая сказала серьезному мужику, что беременна от него. Он, как ни странно, обрадовался - молодой еще был, не привык... Квартиру ей купил, все обставил, шмотками завалил. А пока она в роддоме валялась, велел врачам сделать ДНК-анализ. Оказалось, не от него - перепутала. Так он ей даже трусов и пеленок не выдал. С тем, что с собой в роддоме было, и выписывалась. Мы с соседкой по квартире ее приютили. Я сразу сказала: «Если он сказал «все» - значит, все, дохлый номер, унижаться смысла нет». Но она не слушала, рыдала, говорила, что у него такая любовь была, караулила его у офиса, с ребенком на руках под ноги бросалась - охрана удерживала, он даже не смотрел в ее сторону. Так ни с чем к матери и отчалила.

 

 

 

Дверь открыла Вика - худенькая, большегубая девочка с очень длинной жидкой белой косичкой и еле припухшим животиком. Я знала, что ей 22, но выглядела она не старше пятнадцати. Прозрачная кожа, синие венки на висках и веках больших аквамариновых глаз. Призрак, а не земная женщина.

 

 

- Ага... Я себе всю шанелевскую коллекцию для беременных скупила и, похоже, даже не поношу, - промямлила Вика. - Расползлась вся, ляжки, как кисель, а пузо не растет!

 

В огромной безразмерной квартире, где я из туалета выбиралась на «ау», пахло шоколадом и кофе. Вика показала детскую, оклеенную голубыми обоями с невесомыми занавесками. Ее площадь позволяла вместе с детской кроваткой втиснуть ручного слона. Мельком я заметила шикарную, в лиловых тонах спальню и жуткий бардак в ней. Еще две закрытые комнаты. В громадном, от пола до потолка, аквариуме, который отделял столовую от кухни, плавали две акулки. Атмосфера удобства и роскоши выдавила бы, наверное, из сердца едкий сок зависти. Но...

 

Пока мы пили свежий лимонад, Вика как заведенная раздирала ногтищами прыщи на лице и плакала:

 

- Он ведь даже мысли не допускает, что в животе НЕ мальчик! Арсением пузо назвал... Вон, видите, ящик стоит? Армия оловянных солдатиков ручной работы, на заказ - 10 000 евро. И я теперь скажу ему, что УЗИ показало девочку?! Я как-то пробовала намекнуть, так он аж разозлился: «Баб мне и так хватает!»

 

Под аккомпанемент наших «может, не надо» Викуша вытащила из шкафа коньяк и плеснула себе полбокала:

 

- Да пошло оно все! Мне теперь все можно.

 

Мне проблема казалась надуманной. Это же его ребенок, и, судя по шикарной квартире, отцу он небезразличен.

 

- Раз он этого ребенка все же сделал, значит, он тебя любит, - я неуклюже попыталась успокоить беременную.

 

 

В следующей, 14-й части, Ярослава расскажет, как миллионеры обычно поступают с матерями нежеланных детей и на какие хитрости идут «охотницы», чтобы извлечь даже из них выгоду.